Кризис отношений к знаниям? Современное понимание роли и места знаний

01.09.2020

1 сентября – прекрасный повод поразмышлять о роли знаний в нашей жизни. Официальное чествование знаний уже много лет представляет собой хронологическую отметку старта учебного процесса в школах и ВУЗах. При этом, знание как объект не включают в сегодняшнюю повестку дня.

КРИЗИС ОТНОШЕНИЯ К ЗНАНИЯМ

Отправной точкой в рассуждениях подобного рода может служить постулирование факта – человек разумный всегда задавался вопросами о том как устроен мир, пытливость нашего разума старалась раскрыть загадки природы. Очевидно, что бесконечное многообразие явлений природы описывается неким конечным набором первичных сущностей и отношениями между ними. И результатом познания (если угодно наблюдения/созерцания) этих сущностей является знание – этот строительный материал, из которого мы возводим картину мира. 

Современный дискурс о знаниях искусственно сведен к размышлениям вокруг «полезности» – активно культивируется мысль, что важны те знания, которые приносят пользу, то есть прибыль. «Прагматизм захватил мир» говорит Игорь Ханин, указывая, что не все должно измеряться актуальностью, деньгами, эффективностью, прибыльностью и что, тем самым мы упускаем из вида действительно важные вещи. Итальянский философ Нуччо Ордине в своем манифесте «Полезность бесполезного» утверждает, что «…знания считающиеся бесполезными (которые не приносят прибыль) являются основополагающими для человечества». Получается мы незаметно сами для себя перестаем видеть важное, мы слепнем. 

Николай Коперник, Исаак Ньютон, Дмитрий Менделеев, Джеймс Максвелл, Альберт Эйнштейн, Нильс Бор, Владимир Вернадский и др не руководствовались прагматизмом, с точки зрения современников их открытия и достижения были абсолютно бесполезными, они не приносили прибыли и не решали актуальных задач бизнеса. Но их масштабные открытия, их вклады в копилку мировой науки позволили сделать нечто большее. Они сметали сакральные теории, догмы, стереотипы, изменяли границы государств. А значит знания и наука обретали характер планетарного явления – знание не может быть закупорено где-то в одном месте и не проявить себя в другом. Гений Вернадского смог указать на это явление – на Ноосферу как высшую степень организации человеческого разума. Накопление знаний провоцировало культурные и мировоззренческие трансформации, приводило в движение целые континенты. Эпоха Возрождения, Новое время, промышленные революции – вехи, которые обусловлены просвещением и прогрессом в первую очередь науки. Каждое открытие совершило прорыв в нашем понимании мироустройства – то, что мы наблюдали, мы могли осознать, познать и описать. Картина мира стремительно расширялась – места для «необъяснимого», «сверхъестественного» становилось все меньше, наши научные горизонты достигли масштабов макро и микромира – инструменты человечества сегодня способны исследовать Вселенную в диапазоне от 10-32 до 1026 м. И все это благодаря так называемым «бесполезным» знаниям. В этом свете на лицо кризис нашего отношения к знаниям – в коллективном сознании это понятие редуцировано к необходимости получить формальное образование, опыт и практику, тем самым нивелируется и размывается базовая миссия знаний как планетарного инструмента для гармоничного развития человечества и природы.

Кризис отношения к знаниям, очевидно, лежит в искажении системы ценностей, в которую не вписываются чистые знания и безусловная наука. Система координат, в которой и «полезные» и «бесполезные» знания будут равноценны в основе своей должна содержать правильные культурные ориентиры, где в фокусе будет не только жизненный прагматизм (как жизненная необходимость), но и наше отношение к будущему природы и человека.

ЗНАНИЯ И ИНФОРМАЦИОННОЕ ОБЩЕСТВО

Особенностью нашего времени является массовое использование цифровых технологий, в результате наблюдаем трансформацию общественных отношений и становление информационного общества, для которого характерным является смещение базовой оси взаимодействия «человек-природа» и «человек-человек» на «человек-информация». Современные средства обработки информации позволяют использовать информационные модели как аналоги реального мира. Оцифрованные математические модели как отражение объективной реальности становятся опосредованным предметом исследования. Тем самым разрушилась вековая практика непосредственного контакта объекта и исследователя. 

Макс Поляков и Игорь Ханин отмечают:

«появление информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) деформировало информационные практики, нарушив единство и гармонию между процессами обработки и применения данных, которые складывались веками»

Важной особенностью информационного общества является тот факт, что знания доступны абсолютно всем – они находятся на расстоянии одного поискового запроса. 

В начале 20-го века Вернадский отмечает рост динамики научного творчества, в середине 20-го века фон Нейман предсказывает наступление момента времени, когда человеческие знания перестанут успевать за развитием технологии, в начале 21-го века Курцвейл популяризирует модель технологической сингулярности – точки во времени, когда накопленные знания и технологии перестанут быть доступны человеческому разуму. 

Казалось бы, наличие «ускорителей» в виде ИКТ, рост накопленных знаний и их доступность должны предопределить ускорение научного прогресса и накопление знаний,  но в то же время явных прорывов в миропонимании мы не наблюдаем. Т.е. объем знаний растет, но это не приводит к шагам вперед – мы топчемся на месте – «информационный пузырь» увеличивается. На лицо своего рода инфляционная картина, когда условная удельная единица знания со временем теряет свою значимость и свою ценность. Инфляция знаний как явление известно всем – на индивидуальном уровне она проявляется в утрате со временем актуальности приобретенных знаний – то, что было ценным навыком/практикой вчера, сегодня уже бесполезно. Отметим, что у этого явления есть и положительная черта, а именно в формировании внешнего запроса на постоянное обновление индивидуальных знаний – longlife learning – обучение на протяжении жизни. Но в глобальном масштабе мы просто начинаем бежать быстрее на одном месте. Мамардашвили предлагает выход из ситуации в «деструкции-реконструкции понимания» - своего рода ревизии онтологических основ нашего восприятия мира. А это весьма непростое упражнение! В этом ключе чрезвычайно возрастает роль отдельной личности, поскольку ревизия, пересмотр, перестройка, реформирование однозначно требует не только выдающихся морально-волевых качеств, но и способности противостоять сакрализированным догмам и стереотипам как в науке так и социуме так и в культуре так и в бизнесе.

ИНЖИНИРИНГОВАЯ ШКОЛА НООСФЕРА

Инжиниринг следует понимать в широком смысле, как сознательную деятельность, направленную на достижение конкретных результатов. Инжиниринговая школа Ноосфера (Noosphere Engineering School) – не просто место проектной деятельности для молодежи. Мы видим ее как прообраз Ноосферы – организованной сети для обмена знаниями, как площадку для научного и инженерного творчества. 

В условиях инфляции знаний растет необходимость в поиске новых форматов получения адекватных знаний. Инерционность и неповоротливость как традиционной системы образования, так и академической науки не способствует эффективному решению этой задачи. Синергия бизнеса, науки и образования в рамках Инжиниринговой Школы формирует именно тот необходимый мостик между практической и теоретической  стороной дела, позволяет трансформировать научные знания в прикладную плоскость.

Важнейшим заданием мы видим организацию проектной деятельности для студентов. И здесь под проектом мы понимаем “projectus”, что в переводе с латыни  «брошенный вперёд», в этом контексте проектная деятельность являет собой некую школу жизни, где может проявить себя молодежь. Такой подход на наш взгляд является единственно верным для поиска и поддержки rock stars, которые готовы и способны проявить свою пассионарность, которые должны стать проводниками будущих трансформаций, о которых упоминалось выше. 

*Пассионарность  (от фр. passionner — «увлекать, возбуждать, разжигать страсть») — это непреодолимое внутреннее стремление к деятельности, направленной на изменение своей жизни, окружающей обстановки, статуса-кво.

Кроме прочего Инжиниринговая школа Noosphere это:

  • территория творческой свободы, свободы мышления – мы убеждены, что только свободные личности способны трансформировать мир, объединять и объединяться вокруг идеи;
  • точка роста инноваций, способных изменить мир;
  • площадка для популяризации инновационной деятельности, науки, знаний и инженерного дела;

Деятельность Инжиниринговой школы Noosphere связана со знаниями. Мы их ценим, уважаем и готовы приумножать.

Присоединяйтесь!